В последнее десятилетие доля участия государства в золотодобывающей и золотоперерабатывающей отрасли сокращается. Очередным шагом в этом направлении стало акционирование всех аффинажных заводов России, которые раньше были государственными унитарными предприятиями. В дальнейшем золотоперерабатывающие предприятия будут приватизированы. Ближайший претендент на переход в частные руки - Новосибирский аффинажный завод. О том, как обстоят дела на заводе и в «золотой» отрасли в целом, а также о том, что ожидает предприятие в ближайшее время, корреспонденту «КС» ВАДИМУ ВОРОНЦОВУ рассказал генеральный директор созданного весной этого года ОАО «Новосибирский аффинажный завод» ГЕННАДИЙ ГОРДЕЕВ.

Аффинаж - процесс получения химически чистого золота различных проб для банковских нужд, производства, ювелирной промышленности и т. п. Аффинажные заводы перерабатывают полуфабрикаты в виде шлихового золота, золотосодержащих концентратов и сплавов.

Мощности ОАО (до марта этого года ГУП) «Новосибирский аффинажный завод» рассчитаны на переработку 400 т золота ежегодно. Доля новосибирского завода составляет порядка 20% от общего количества переработки золота, добываемого в России. Завод является основным конкурентом Приокского завода цветных металлов (г. Касимов, Рязанская обл.).

	Фото Аркадия УВАРОВА

- Геннадий Александрович, что изменилось в положении завода за последние годы?

- Раньше Новосибирский аффинажный был единственным заводом в Советском Союзе, который перерабатывал 300 тонн золота и 2500 тонн серебра. И еще помогал братским странам - мы выбивали их клеймо: «сделано в Китае», «во Вьетнаме» или «в Монголии», хотя это выполнялось здесь, в Новосибирске. Тогда все, конечно, было совершенно секретно. Сегодня об этом знают многие.

Очень много металла потребляла военная промышленность. Мы готовили химически чистое серебро для аккумуляторов подводных лодок. Первый искусственный спутник весь был покрыт золотой оболочкой, и эту оболочку делал Новосибирский аффинажный завод. Луноход тоже был покрыт нашим золотом. Рентабельность производства доходила до 105-110%.

Раньше в СССР было три завода, сейчас их только в России десять, при этом объемы производства золота не увеличились. В советские времена в РСФСР поставляли свой металл все республики: Армения, Узбекистан, Казахстан - плюс братские страны, о которых я уже сказал. Сейчас же каждая республика стала отдельным государством и каждая старается создать свой аффинажный завод. В результате сложилась ситуация, когда заводов много, а сырья мало. Идет жесткая конкуренция за металл.

Сегодня кроме золота мы перерабатываем серебро. Но что такое серебро? Оно на бирже драгоценных металлов стоит 4 рубля 15 копеек за грамм, а золото - 367 рублей за грамм. Посчитайте, сколько нужно переработать серебра, чтобы получить столько же прибыли, сколько за килограмм золота. Мы посчитали - получилось, что переработка серебра будет рентабельной, если завод сделает, допустим, 290 тонн в год. Сегодня мы уже производим 260 тонн, пытаемся выйти на 500. А раньше делали 2500 тонн серебра в год, то есть по 200 тонн в месяц, и еще по 30 тонн золота в месяц уходило в Гохран.

Раньше у нас было ювелирное производство - делали эксклюзивные вещи, работали с костью мамонта, бриллиантами, платиной, палладием. Когда начались проблемы с поставками золота, решили выпускать платину, палладий. Начали очень удачно, получили мировое признание на Лондонской бирже. Поставили технологическую линию, но металла для нее нет. И трогать ее пока боимся: может быть, завтра пойдет металл.

- Какой фактор играет главную роль в конкуренции аффинажных заводов?

- Главный фактор для заказчика - стоимость аффинажа. Она составляет определенный процент от стоимости аффинируемого золота. Тот, кто предложит наименьший процент, переманит к себе поставщиков. На нашем заводе, например, себестоимость снижена до самого низкого предела. Если раньше мы брали 1% от стоимости материала, который поступает на завод, то сегодня спустились до 0,6-0,4%. Все для того, чтобы выжить на рынке.

- Кто сейчас является основным игроком на рынке золота?

- Весь металл, который сегодня проходит через завод, а это 36 тонн в год, принадлежит банкам. Причем даже еще до того, как он добыт. Банки кредитуют старательские артели в счет золота, которое будет добыто в следующем году. Артели рассчитываются с банками, и оно поступает на переработку к нам. То есть это золото банковское - мы его только перерабатываем. Сегодня оно пришло к нам, мы его переработали - и завтра оно уже может продаваться на бирже металлов. Государство заказы на переработку золота у нас не размещает. Насколько я знаю, оно и не покупает золото. Очевидно, государству этот металл не нужен.

- Получается, что Новосибирский аффинажный завод - единственное государственное звено в цепочке, где все другие звенья частные?

- С марта этого года завод стал открытым акционерным обществом со стопроцентным участием государства в лице Минимущества РФ. Мы не почувствовали разницы, когда были ГУПом и когда стали ОАО. Как мы боролись за поставщиков самостоятельно, так и продолжаем. Когда были государственным предприятием, государство должно было помогать нам с оборотным металлом, но этой помощи реально мы никогда не ощущали. Поэтому можно сказать, что мы всегда были с рынком один на один. Это тяжело, но мы справляемся.

- Следующим шагом после акционирования будет приватизация?

- Да. Сейчас избран совет директоров ОАО «Новосибирский аффинажный завод» из шести человек - представителей федеральных органов власти.

Думаю, что вопрос о приватизации решится в ближайшее время. Кто нас купит, непонятно, но желающих будет много. На завод уже приезжали солидные люди, интересовались балансом, финансовым состоянием. Думаю, после появления новых собственников направленность производства сохранится, а это самое главное. Недавно была проведена инвентаризация, и все имущество завода было оценено в 169 млн рублей, то есть около $5 млн.

Сегодня есть идея объединиться с Красноярским заводом цветных металлов. Тем более что мы всегда сотрудничали: новосибирский завод делал золото и серебро, красноярский - платину, палладий. Объединение может произойти, если владельцы «Красцветмета» выкупят наши акции. Я предлагал это директору завода - пусть Новосибирский аффинажный станет филиалом красноярского завода или одним из его подразделений. Благодаря объединению все проблемы с нехваткой металла могли бы разрешиться. Тогда будет возможность поделить металл и более полно задействовать мощности обоих предприятий. Но ответа на это предложение пока нет.

- Существует мнение, что инициатива по акционированию, а затем приватизации аффинажных предприятий инициирована кем-то из крупных игроков «золотого» рынка. Как вы прокомментируете подобное предположение?

- Думаю, что вы правы. Таких заводов, как Новосибирский аффинажный, в России всего пять: Касимовский завод, который создали, взяв за прототип наш завод, Щелковский под Москвой (он раньше перерабатывал только вторичный металл), Красноярский и Магаданский. Эти предприятия обрабатывают порядка 70% всего драгоценного металла, добываемого в стране. Естественно, что они интересуют крупных игроков данного рынка.

- Геннадий Александрович, а как становятся директором «золотого» завода?

- Я руковожу предприятием уже десять лет. До этого был главным инженером завода, а вообще, практически всю сознательную жизнь провел на этом производстве. Пришел сюда сразу после школы, отработал два года лаборантом, потом уехал в Академию цветных металлов и золота, окончил ее, приехал назад и начал свою карьеру. Прошел все ступеньки - от сменного мастера и до директора завода. Все производство, которое у нас есть, я знаю «от а до я». То есть меня ночью разбуди и спроси - любой процесс расскажу наизусть.

- Что изменилось в работе завода за время вашего руководства?

- В 1993 году, когда я стал директором, мы провели полную реконструкцию производства. Все, что сейчас можно увидеть на заводе, разбиралось и отбивалось до самой арматуры - оставался один остов. Даже весь грунт на территории завода поднимался на 80 сантиметров. И все это мы мололи и плавили. Это был адский труд, люди работали по 18 часов в сутки. За все время работы завода, а это 30 лет, на территории накопилось много остаточного металла: только из грунта выплавили 640 кг золота и 4,5 тонны серебра. На эти деньги закупили новое оборудование, и фактически завод был построен заново. Решены и экологические вопросы, что тоже потребовало огромных вложений: последний фильтр, который мы купили, стоит 60 млн рублей.

Вся продукция, выпускаемая заводом, имеет высшую марку мирового значения - good delivery. Завод сегодня может все - от переработки шлихового золота до аффинажа вторичного металла. Сегодня завод делает золото «четыре девятки» («99,99»), то есть 100 граммов примеси на тонну золота. Это золото потом торгуется на Лондонской бирже металлов. А мы можем делать и «999,99» - это 10 граммов примеси на тонну золота, и даже «999,999» - всего грамм примеси на тонну. Но даже «четыре девятки», которые мы выпускаем, идут нарасхват: Новосибирский аффинажный завод известен во всем мире. Вот недавно представитель одного из крупных российских банков сказал мне: «Ваше золото на Западе очень известно. Арабы, например, смотрят спецификации, и как видят, что это Новосибирский аффинажный завод, сразу берут».

- Многие руководители сибирских предприятий говорят о том, что сейчас очень остро стоит кадровая проблема. Насколько это коснулось вашего завода?